Установившаяся система координат в мировых отношениях предполагает соперничество между державами за обладание передовыми технологиями, обеспечивающими безопасность и лидерство государства не только в военной, информационной, экономической, но и биологической области. При этом амбиции одного государства может поставить под угрозу безопасность другого государства или даже целого ряда стран, которые для обеспечения международной и региональной безопасности нередко объединяются в военно-политические союзы.

Концепция коллективной безопасности государств-участников ОДКБ гласит, что неделимость безопасности является ключевым принципом, обеспечивающим защиту интересов, суверенитета и территориальной целостности государств. Одним из основных источников военной опасности государства-участники считают возможность применения оружия массового поражения, находящегося на вооружении ряда государств. Стратегия коллективной безопасности на период до 2025 года подчеркивает проведение совместных действий, направленных на соблюдение и укрепление ряда международно-правовых инструментов, в частности, Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении (КБТО) [1]. Отметим, что на сегодняшний день обязательный механизм контроля исполнения КБТО отсутствует, а значит на практике не обеспечивается всеобъемлющий режим нераспространения биологического оружия. Более того, по решению Четвёртой обзорной конференции в 1996 г. была образована Специальная группа, которая получила мандат на проведение переговоров с целью разработки юридически обязывающего документа – Протокола, определяющего механизм проверки выполнения требований КБТО. Однако США отвергли проект Протокола на том основании, что он не обеспечивает эффективного контроля и противоречит их национальным интересам, которые заключаются в обеспечении лидерства различными методами и средствами, нередко противоречащих нормам международного права. Своё преимущество Вашингтон обеспечивает, в том числе, путем размещения сети военно-биологических лабораторий в бывших республиках Советского Союза. Как мы отмечали ранее, под видом работ по обеспечению качества сельскохозяйственной продукции и деятельности по улучшению эпидемиологической ситуации в стране могут проводиться угрожающие жизни населения рискованные исследования. Не исключена возможность установления фактического тотального контроля со стороны иностранных ассоциаций и ведомств над ветеринарной и санитарно-эпидемиологической службами той или иной страны.

По-прежнему неясно, подпадают ли биолаборатории под понятие объектов военной инфраструктуры, которые в соответствии со ст.1 Протокола о размещении объектов военной инфраструктуры на территориях государств-членов ОДКБ можно разместить на своих территориях после проведения неотложных консультаций (согласования) с другими Сторонами и при отсутствии их официальных возражений. Поэтому принципиально важно понимать официальную позицию каждого государства-участника ОДКБ.

В п.19 действующей Стратегии национальной безопасности Российской Федерации прямо отмечается, что на территориях соседних с Россией государств расширяется сеть военно-биологических лабораторий США [2]. Как отметил Секретарь Совета безопасности России Николай Патрушев,

«…в настоящее время США ввели в эксплуатацию более 200 биологических лабораторий по всему миру, в том числе в СНГ, на Украине, в Грузии и в Афганистане. Их деятельность имеет мало общего с мирной наукой. Наибольшую тревогу вызывают факты проведения в них экспериментов над людьми».

На состоявшейся в 2018 г. встрече Секретарей Советов безопасности стран СНГ было отмечено, что советскую систему санэпиднадзора полностью заменили контролируемые США биологические лаборатории. В результате – на Украине неблагополучие по полиомиелиту, чрезвычайная ситуация по туберкулезу, дифтерии и кори. При этом Украина оказалась на первой строчке в рейтинге стран Европы по количеству людей, которые заболели корью в 2018 году и темпы роста заболевания, к сожалению, не снижаются, поскольку с начала 2019 года корью заболело 45147 человек. Поэтому функционирование биолабораторий на Украине может угрожать не только России, но и другому члену альянса – Белоруссии, на территории которой в 2018 г. было зарегистрировано значительное количество случаев завоза вируса кори преимущественно из Украины.

Концепция национальной безопасности Республики Беларусь закрепляет в 6 главе незаконный оборот технологий и оборудования двойного назначения, радиоактивных, химических, биологических и других опасных веществ и материалов в качестве одного из основных внешних источников угроз национальной безопасности [3]. В п.15 и п.16 Военной доктрины отмечается, что Республика Беларусь будет считать своим противником любой государственный или негосударственный субъект, деятельность которых представляет военную угрозу [4]. С учетом того, что прямого указания на биолаборатории США в стратегических документах нет, а также принимая во внимание, что вспышки и пандемии легко замаскировать под естественные, очень сложно определить характер возможной угрозы и соответственно отнести к военному виду. Более того, ни Президент Белоруссии, ни МИД, ни КГБ, ни Государственный пограничный комитет ни Совет министров, Совет Республики Национального собрания (НС) и Палата представителей НС не представили свою позицию по вопросу деятельности данных лабораторий. Отсутствие какой-либо оценки по данному вопросу и растущая протестная активность в республике при этом может быть использована как инструмент давления на Минск с целью открытия биолабораторий на территории Беларуси. Для поддержания стабильности собственного государства и обеспечении военной безопасности официальному руководству страны необходимо взять курс на укрепление общей безопасности в рамках ОДКБ.

Определенное понимание по данному вопросу российская сторона нашла с другим своим союзником по военно-политическому блоку – Республикой Армения (РА), на территории которой находятся несколько биолабораторий. В связи с тем, что Военная доктрина РА в качестве внешних угроз рассматривает незаконное распространение и транзит оружия массового поражения, представитель РА Армен Григорян на ежегодной 6-й встрече Секретарей Советов безопасности государств-членов СНГ отметил, что «вышеупомянутые лаборатории полностью находятся под контролем соответствующих государственных органов страны и что Армения всегда проявляла и продолжает проявлять готовность сотрудничать с заинтересованными сторонами в области биологической безопасности». Из данного комментария следует, что контроль со стороны соответствующих органов за деятельностью данных биолабораторий еще не означает отсутствие иностранных специалистов на этих объектах, и, в частности, сотрудников военных ведомств США.

Отметим, что сотрудничество в данном направлении ведется не только по линии лабораторий, к которым имеются вопросы у Российской Федерации, но и по линии официальных государственных центров страны, например, Института молекулярной биологии (ИМБ) Национальной академии наук Армении. Основные направления деятельности ИМБ поддерживаются правительством Армении, другую часть средств Институт получает благодаря международным грантам, которые предоставляются Международным научно-техническим центром (основное финансирование предоставляет ЕС и США), НАТО в рамках программы «Наука ради мира и безопасности», Госдепартаментом США и др.

17 декабря 2018 Министр иностранных дел России С.Лавров в интервью радио «Комсомольская правда» сообщил, что с Арменией и Казахстаном завершается процесс подготовки документа, который будет гарантировать неприсутствие иностранных военных в этих биолабораториях. Несмотря на то, что российские специалисты были допущены к американским лабораториям на территории союзной нам республики, премьер-министр страны Никол Пашинян заявил, что раньше подобное соглашение обсуждалось с армянскими властями, но при новом правительстве с российскими коллегами подобная тема не обговаривалась. Однако противоречивые заявления сторон не умаляют значения о готовности обсуждать вопрос совместного использования указанных лабораторий, что в случае достижения соглашения лишь укрепит уже имеющееся сотрудничество между Россией и Арменией в области биологической защиты. Так, в рамках реализации распоряжения Правительства с 10 по 20 декабря 2018 г. были организованы курсы повышения квалификации для специалистов из Армении и других стран. В ходе подготовки были рассмотрены актуальные вопросы эпидемиологии, микробиологии, лабораторной диагностики чумы, а также основы безопасной работы с патогенными биологическими агентами.

Отличная от остальных ситуация складывается на территории Казахстана, который имеет природные очаги сибирской язвы и чумы.  В связи со свободным транспортным потоком в рамках Евразийского экономического союза, а также трудовой миграции, наличием путей движения животных и птиц, воздушных масс борьба с имеющимися угрозами для стран постсоветского пространства имеет особую значимость.

В соответствии с Военной доктриной Республики Казахстан одним из основных условий, который может привести к военным угрозам, являются наращивание объемов оружия массового поражения в мире, а также создание оружия массового воздействия, построенного на новых физических принципах (психотропного, электромагнитного, акустического и другого). Отсутствие прямого указания на биологические лаборатории является прямым отражением государственной политики страны. По этой причине в 2016 г. на деньги Пентагона был построен научный центр карантинных и зоонозных инфекций (КНЦКЗИ) имени Масгута Айкимбаева. По договору лаборатория принадлежит Министерству здравоохранения Казахстана, а в 2020 году американская сторона полностью заканчивает техническую поддержку и обучение специалистов. Надо отдать должное – казахская сторона старается обеспечивать максимальную транспарентность деятельности указанной референс-лаборатории. Об этом свидетельствуют результаты казахстанско-российских консультаций по вопросам биобезопасности на межведомственном уровне, проведенных в 2017 году и состоявшийся год спустя в указанной лаборатории день открытых дверей для дипломатического корпуса.

Однако даже казахские специалисты заявляют о потенциальной угрозе от деятельности научного центра. Амирбек Тогусов – экс-замминистра обороны Казахстана в интервью газете ZonaKZ заявил, что термин повышенная защита означает, что в лаборатории работают с наиболее опасными патогенами, которые ложатся в основу биологического оружия. Опасения также вызывает тот факт, что при выполнении научных исследований КНЦКЗИ осуществляет сотрудничество с научно-исследовательскими организациями США, находящимися порой под их опосредованным воздействием.

Примечания

[1]. Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и об их уничтожении заключена 16.12.1971 // Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключенных СССР с иностранными государствами. Вып. XXXI. — М., 1977. С. 58 — 61.
[2]. Указ Президента РФ от 31.12.2015 г. N 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. – 2016. – N 1 (часть II), ст. 212.
[3]. Указ Президента Республики Беларусь от 30 декабря 2011 г. № 621 // Национальный реестр правовых актов Республики Беларусь, 2012 г., № 8, 1/13223.
[4]. Закон Республики Беларусь от 20 июля 2016 г. № 412-З «Об утверждении Военной доктрины Республики Беларусь» // Национальный правовой Интернет-портал Республики Беларусь от 26 июля 2016 года, 2/2410.

К вопросу о биологической безопасности стран ОДКБ (II)

В этой чвсти мы постараемся представить видение остальных членов Организации Договора о коллективной безопасности, а также практическое взаимодействие национальных референс-лабораторий с международными структурами, которые оказывают непосредственное влияние на проводимые лабораториями исследования.

Пункт 2 Военной доктрины Кыргызской Республики закрепляет в качестве внешней угрозы распространение оружия массового поражения и вероятность его применения международными террористическими организациями. Из этого следует, что возможность применения ОМУ иными субъектами не рассматривается в принципе. В ноябре 2017 г. заслуженный врач и государственный деятель России Геннадий Онищенко сообщил, что военные биологические лаборатории США есть и в Кыргызстане. До сих пор правда неясно какие именно центры имел ввиду Г. Онищенко, поскольку на текущий момент в стране действует лишь Республиканский центр карантинных и особо опасных инфекций Министерства здравоохранения Кыргызской Республики. Инициатива со стороны Канады в вопросе строительства лаборатории провалилась, несмотря на то, что в 2008 г. было подписано и в дальнейшем ратифицировано Соглашение между Правительством Кыргызской Республики и Правительством Канады о сотрудничестве в области биологической защиты и биологической безопасности. Пункт 3 ст.11 данного Соглашения содержал формулировку, позволяющую импортировать или экспортировать патогены из других стран, использование которых может противоречить мирным целям и в конечном итоге нанести ущерб флоре, фауне и гражданскому населению близлежащих государств.

Примечательно, что в 2016 г. на этом же месте Китайская Народная Республика вызвалась построить ветеринарную лабораторию, стоимость которой оценивается в $18 млн. Заместитель директора Государственной инспекции по ветеринарной и фитосанитарной безопасности Амангелди Исаев сообщил, что это обычная лаборатория, которая будет проверять качество продуктов и интерес Китая заключается в поступлении сертифицированных товаров из Кыргызстана. Кандидат биологических и доктор географических наук, заслуженный деятель науки КР Эмиль Шукуров на пресс-конференции в Бишкеке заявил, что «ветеринарная лаборатория — сосредоточение различного рода возбудителей болезней, опасных не только для животных, но и для людей. А если учитывать, что территория, на которой планируется построить лабораторию, находится рядом с рекой, то возбудители могут попасть и в грунтовые воды». Дальнейшая судьба инициативы по строительству лаборатории остается под большим вопросом, так как зимой 2019 г. в центре киргизской столицы прошли антикитайские протесты, вызванные сообщениями в СМИ о новой волне репрессий в Синьцзян-Уйгурском районе, которым подвергаются в том числе этнические киргизы.

О своих интересах помимо Китайской Республики заявил Европейский Союз. Генеральный секретарь Европейской Службы по внешним действиям Ален Ле Руа в июне 2016 г. на встрече с  премьер-министром Сооронбаем Жээнбековым обсуждал меры по усовершенствованию ветеринарных и фитосанитарных лабораторий в Киргизии с целью приведения их в соответствие с требованиями международных стандартов. Европейский чиновник отметил, что в случае официального обращения с запросом по совершенствованию лабораторий, будет рассмотрена возможность сотрудничества в этом направлении. Интерес ЕС заключается, прежде всего, в уменьшении рисков микробиологического и химического заражения производимых пищевых продуктов, экспортируемых в страны Евросоюза.

Вместе с тем определенное затишье по вопросам сотрудничества с Китаем и ЕС делает Республиканский центр карантинных и особо опасных инфекций крайне значимой для государства лабораторией, которая, кстати, активно сотрудничает с соответствующими ведомствами Российской Федерации. Так, в 2017 году на высоком уровне, при участии президентов государств, были подписаны Меморандум между Министерством здравоохранения Кыргызской Республики и Роспотребнадзором в области борьбы с инфекционными заболеваниями, Соглашение в области обеспечения эпидемиологического благополучия по чуме и внедрению международных медико-санитарных правил, а также Договор между РосНИПЧИ «Микроб» и РЦКиООИ МЗ КР о совместных действиях. Помимо прочего в 2017 г. со стороны России была оказана безвозмездная помощь для нужд РЦКиООИ в виде: полимеразной цепной реакции (ПЦР) и иммуноферментных тест систем, сывороток, иммуноглобулинов, лабораторного оборудования на сумму 1,8 млн. рублей [1]. В декабре 2018 г. российская сторона также передала Киргизии мобильную микробиологическую лабораторию экспресс диагностики, позволяющую укрепить систему эпидемиологического надзора за карантинными и особо опасными инфекциями.

За сохранение национальной и международной безопасности выступает еще одно государство-участник ОДКБ – Таджикистан, в Военной доктрине которого написано, что республика будет добиваться недопущения экспорта (передачи) материалов и технологий, способствующих созданию и распространению любых видов оружия массового поражения и средств его доставки. Несмотря на то, что в указанном пункте отсутствует положение о недопущении импорта различных штаммов, а в СМИ не раз появлялась информация о наличии сети бактериологических лабораторий в Согдийской и Хатлонской областях, мы не можем найти тому прямое подтверждение, поскольку Агентство по уменьшению оборонной угрозы (DTRA), являющееся одним из главных центров по т.н. сдерживанию распространения и применения оружия массового уничтожения, официально не проводит свою миссию на территории Республики Таджикистан.

Основными партнерами Таджикистана в области биологической защиты помимо России также являются Европейский союз и Всемирная организация здравоохранения, которая в 2016 году начала наставническую миссию в вирусологической лаборатории (Национальный Центр гриппа – НИЦ) Государственной службы санитарно-эпидемиологического надзора, Таджикском Научно-исследовательском институте профилактической медицины и Национальной лаборатории общественного здравоохранения. Евросоюз для повышения осведомленности о важности вопросов биобезопасности претворяет в жизнь Проект 53, охватывающий Афганистан, Киргизию, Пакистан, Таджикистан, Казахстан, Монголию и Узбекистан.  Основной задачей проекта является подготовка молодых специалистов к работе с опасными вирусами.

Примечательно, что указанная работа проводится командой по обучению новым и опасным патогенам (NADP) общественного здравоохранения Англии, которая до сих пор не представила доказательства, свидетельствующие о причастности российской стороны к покушению на жизнь Скрипалей, а также замалчивающая тот факт, что в момент отравления на равнине Солсбери проводились трехнедельные учения под кодовым названием «Токсичный кинжал», где отрабатывались вопросы обнаружения и противодействия химическому, биологическому, радиологическому и ядерному заражению. Интересно, что Оборонная научно-техническая лаборатория в Порт-Даун в конце 2018 г. получила военную награду за работу по прорыву в диагностике сепсиса – инфекции, развивающейся вследствие проникновения и циркуляции в крови различных возбудителей и их токсинов; а также в дополнение к $64 млн, выделенных министерством обороны в 2018 году для создания нового Центра защиты от химического оружия еще $14млн. Возможно ли, что лаборатория в Порт-Даун исследовала как протекает отравляющее вещество под общим наименованием «Новичок», за что и была, собственно, удостоена награды? Да, безусловно. Газета Гардиан от 2004 г. сообщает: «Портон-Даун был основан в 1916 г. и является старейшим учреждением, занимающимся исследованием химического оружия в мире. Программа нервно-паралитического газа была существенной для Портона, потому что эксперименты над людьми были неотъемлемой частью учреждения с момента его основания. За последние 80 лет около 25 000 человек были подвергнуты экспериментам в Портоне, многие из которых прошли испытания с использованием химического оружия, такого как иприт и слезоточивый газ». Обучение молодых специалистов стран СНГ под непосредственным кураторством западных стран позволяет им держать под контролем наши разработки в области биологической защиты, что создает определенные угрозы национальной безопасности.

Тем не менее, не стоит забывать, что работу в области биозащиты и биоразработок ведут не только официальные ведомства ЕС и США такие как: Департамент внутренней безопасности; Агентство по международному развитию; Министерство здравоохранения; Пентагон, а также подведомственные ему служба эпидемиологической разведки, глобальная система эпидемиологического надзора за инфекционными заболеваниями, национальный центр медицинской разведки, химический и биологический центр Эджвуд, но и другие аффилированные с ними организации. Речь, в частности, идет о Международном научно-техническом центре (МНТЦ) и сотрудничающей с ним Ассоциации биобезопасности Центральной Азии и Кавказа, учредителем которой является казахский научный центр карантинных и зоонозных инфекций имени Масгута Айкимбаева (КНЦКЗИ).

КНЦКЗИ при выполнении научных исследований осуществляет сотрудничество с научно-исследовательскими организациями США (проект «Укрепление физической и биологической безопасности» и «Влияние Rickettsia spp. на приспособляемость и развитие Yersinia в блохах, являющихся переносчиком чумы в Республике Казахстан» с Агентством по снижению военной угрозы при Пентагоне; проект с Центром контроля и предупреждения инфекционных болезней и др.), Англии, Испании, Норвегии, Франции, Канады (создан Региональный центр по биобезопасности, в рамках которого проводятся семинары по биобезопасности и транспортировке патогенов). На текущий момент центр принимает участие в 38 международных проектах, в число которых входит подготовка тренеров для снижения биорисков в Казахстане и странах Центральной Азии; обучение по биобезопасности и биозащите в КНЦКЗИ; программа предотвращения распространения биологического оружия; анализ очагов и штаммов чумы в Казахстане и США и др.

Как мы отмечали ранее Проект 53 охватывает 7 стран, однако финансируемый ЕС Международный научно-технический центр (МНТЦ) является межправительственной организацией, объединяющей ученых из Казахстана, Армении, Таджикистана, Кыргызстана и Грузии с их коллегами и исследовательскими организациями в ЕС и США. МНТЦ был задуман как инструмент, главной задачей которого будет недопущение распространения ядерного и бактериологического оружия. В 2010 году президент РФ Дмитрий Медведев, сообщил о том, что по предложению правительства Россия выходит из учредительных документов МНТЦ, относящихся к 1992 и 1993 годам [2]. В декабре 2015 г. депутаты мажилиса (нижней палаты) парламента Казахстана одобрили ратификацию соглашения, с подписанием которого штаб-квартира МНТЦ переносилась в здание Nazarbaev University в Астане. В ходе обсуждения законопроекта сенатор Ляззат Киинов усомнился, стоит ли принимать данный документ, так как лично ему были непонятны некоторые моменты: «Надо исходить из того, что вообще ни одно государство мира не заинтересовано развивать науку другого государства. Это главное. И второе, есть непонятные центры, которые 1,5 миллиона долларов выделяют нам и при этом получают огромную возможность контролировать, какие у нас разработки есть в Казахстане и какие есть результаты. Тот, кто софинансирует эту разработку, имеет право использовать результаты этой научной разработки. Надо исходить и из этого. И потом, неужели мы во всем Казахстане не найдем 1,5 миллиона долларов, чтобы помочь своим научным работникам? Мне кажется, надо было бы найти на все эти вопросы ответы, после этого только принимать закон. И я думаю, что не зря, наверное, Россия и Беларусь вышли из этого центра. Наверное, это тоже о многом говорит, и можно было бы за эти шесть лет у коллег из России выяснить, почему они вышли» [3]. Таким образом, с открытием МННТЦ основные спонсоры организации – Европейский союз и США получили доступ к совершенно секретным технологиям, продуктам интеллектуальной собственности учёных постсоветских стран, а самое главное – к перспективным направлениям будущих научных исследований.

Вспоминая высказывание Владимира Путина о сборе биологического материала россиян, мы должны понимать, что исследования генотипа той или иной нации уже проводятся в официальных референс-лабораториях, которые находятся либо на полном западном обеспечении, либо получают финансирование в виде грантов. Цель подобных исследований одна – выявление «слабых и сильных мест» для дальнейшего подрыва нации.

Практика показывает, что посещение биологических центров иностранными наблюдателями никоим образом не проясняет ситуацию и не может являться альтернативой механизму верификации в рамках Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия. К сожалению, даже гибель 24 человек в грузинской лаборатории Лугара не послужила отправной точкой для принятия соответствующих мер безопасности населения. Новые факты, приведенные бывшим министром госбезопасности Грузии, вновь ставят вопрос об истинных целях и задачах американских военных не только в Грузии, но и на всем постсоветском пространстве. Для должного обеспечения защищенности нашего населения и территории мы должны понимать, что инфекции не имеют границ. Поэтому для того, чтобы избавить себя от угрозы массовой эпидемии и иных негативных последствий, странам постсоветского пространства необходимо приложить усилия для принятия Концепции по биологической безопасности, включающей в себя как положение об исключении деятельности военных биологов третьих стран на их территориях, так и императивные нормы, закрепляющие намерения совместного противодействия потенциальным угрозам.

Примечания

[1]. По материалам Директора РЦК и ООИ Минздрава Кыргызстана Абдикаримова С.Т. на ХIV Межгосударственной научно-практической конференции «Обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия в государствах-участниках СНГ» Россия, г. Саратов, 20-21 ноября 2018 года.
[2]. Распоряжение Президента Российской Федерации от 11.08.2010 № 534-рп О выходе Российской Федерации из Соглашения об учреждении Международного научно-технического центра от 27 ноября 1992 г. и из Протокола о временном применении Соглашения об учреждении Международного научно-технического центра от 27 декабря 1993 г. // Собрание законодательства РФ от 2010 г. , N 33 , ст. 4423. [3]. Международный научно-технический центр в Астане вызвал вопросы у сенатора // Tengri news. -2016. -13 октября. -URL: (дата обращения 02.06.2019)

Вероника Мальчикова, для «Военно-политической аналитики»

18.08.2019

Источник: http://vpoanalytics.com/2019/08/18/k-voprosu-o-biologicheskoj-bezopasnosti-stran-odkb-ii/

 


get('twitter')) == 1) { ?>