Разговоры об отношении «Братства» к демократии – попытка «инспекции» намерений людей, говорит лидер «Братьев-мусульман» ЕгиптаМахди Акеф в интервью «Аш-Шарк аль-Авсат».

«Те, кто предостерегает против повторения в Египте иранского, суданского, турецкого или алжирского вариантов – невежды»… «Благородное сопротивление пользуется только благородными методами»… «То, что происходит в Ираке – дело рук оккупантов и наемников»… «Межобщинная вражда в Египте существует только в головах невежественных мусульман и христиан»…

После того, как Ассоциация «Братьев-мусульман» получила 88 мест в новом египетском парламенте, различные политические течения начали активно искать причины этого беспрецедентного успеха. Возник огромный интерес к идеям «Братства», его целям и стратегии. Успех «Братьев-мусульман» вызвал немало опасений у коптов, а также у мировых держав, интересы которых связаны с ближневосточным регионом. Что такое Ассоциация, и в чем состоят ее идеи? Почему у некоторых она вызывает страх? В чем состоит ее стратегия? Какова ее позиция в отношении политических кризисов в Египте и в арабском мире? Эти вопросы газета «Аш-Шарк аль-Авсат» задала Махди Акефу, верховному наставнику «Братства» в Египте.

– Как вы оцениваете ход выборов?

– Выборы имели положительную сторону, чему мы очень рады; особенно нас радует участие в них судей, придавшее выборам серьезный характер. Что касается негативных сторон, то среди них на первое место следует поставить действия режима по подтасовке результатов выборов в пользу правящей Национальной (имеется в виду Национально-демократическая партия, НДП – ИРП) партии. Я не возлагаю ответственность за изменение результатов на органы безопасности, поскольку эти органы – это только один из инструментов, один из институтов режима, они не могут действовать по своей инициативе. И этот негативный факт неприемлем, так как он нанес большой ущерб Египту – как и аресты членов Ассоциации.

– В чем, на ваш взгляд, причины необычайно бурной реакции в Египте и за его пределами на успех «Братьев», получивших так много мест в парламенте?

– Тех, кто воспитан на культуре деспотизма, успех Ассоциации взволновал: они привыкли, что после вскрытия урн результаты голосования трактуются в их пользу. Хотя программа президента Хосни Мубарака основана на принципах демократии и свободы, они выхолащивают суть инициатив президента. Эта культура – культура деспотизма – должна стать достоянием прошлого.

– Вы считаете, что на этих выборах Ассоциация одержала большую победу или, наоборот, потеряла часть депутатских мест?

– Мы стремились не к тому, чтобы получить сто кресел, как они утверждают, а к тому, чтобы получить приемлемое количество мест в парламенте. В конце концов, парламентом наша программа не исчерпывается, и не в нем состоит наша цель. Наша программа очень широка. Это прежде всего воспитание молодежи, предоставленной влиянию улицы, это борьба с порчей, идущей к нам с Запада и грозящей уничтожить наши семьи и наши ценности. Цель вхождения в парламент не ограничивается осуществлением фундаментальных положений египетской Конституции. Мы ожидаем повторения волны арестов, прошедших во время выборов 2000 года, когда было арестовано около 5 тысяч человек. Учитывая опыт прошлого, мы сделали соответствующие заявления.

– Может ли Ассоциация, получив такое большое количество депутатских мест, участвовать в правительстве вместе с правящей Национальной партией?

 – Об этом нас никто не просил, а когда такое предложение поступит, мы обсудим этот вопрос в структурах Ассоциации и примем такое решение, на которое эти структуры дадут согласие. Однако мы об этом не думаем, никто нам этого не предлагал, и мы к этому не стремились.

– Какие структуры Ассоциации полномочны принять такое решение?

– Бюро наставничества, Консультативный совет Ассоциации, Политический комитет и административные бюро. Так уже делалось при принятии решения относительно президентских выборов. Мной было сделано заявление о том, каким было окончательное решение. Сила этой Ассоциации – в ее учреждениях: решения принимаю не я один.

– Почему ваши успехи на выборах вызвали испуг у некоторых партий и политических сил?

– Испуга наши успехи ни у кого не вызвали, потому что все наблюдатели видят и понимают сущность режима, знают, как трудно ему иметь дело с сильным соперником. События показали, что авторитет правящей партии упал. Это падение произошло по многим причинам, и дело не во мне, а в том, что народ не проголосовал за правящую партию, а предпочел ей программу «Братьев». Многие заметили, что своими кандидатами мы выставили не самых видных лидеров, а представителей «третьего эшелона». Это означает, что народ проголосовал не за персоналии, а за программу. И это указывает на сознательность народа, и мы благодарны египетскому народу за то, что он выбрал нас.

– Считаете ли вы, что появилась возможность свержения правящей партии?

– Меня занимает не это. Я думаю о том, как добиться возрождения Египта, а тот, кто желает возрождения Египта, должен сотрудничать со всеми. Я не помышляю о свержении кого бы то ни было. Мы помышляем только об интересах Египта; когда мы ведем диалог с той или иной партией или фронтом и приходим к чему-то, что отвечает интересам Египта, мы это поддерживаем.

– Какое место занимает Ассоциация в общем спектре политических сил в свете результатов, достигнутых другими партиями?

– Мы выступаем в едином фронте с другими политическими силами. Когда они приходят ко мне с поздравлениями, я всегда говорю: поздравьте Египет, поздравьте оппозицию, потому что мы и другие оппозиционные партии составляем единый фронт. Его общим координатором является бывший премьер-министр Египта доктор Азиз Сидки, а официальным представителем – глава партии «Вафд» Нуман Гомаа. Мы – часть этого объединения.

– Почему, готовясь к выборам, Ассоциация так поздно начала координировать свою активность с оппозиционными партиями?

– Нет, никакого промедления не было. В тот же день, когда к нам пришел доктор Азиз Сидки, я сказал ему: мы будем вместе с вами во Фронте за реформы. Что касается выборов, то мы уже все закончили, кроме составления списка кандидатов и предвыборной программы. По этому поводу никакой договоренности и быть не может, так как у каждой партии и у каждого политического движения – своя программы и свои взгляды. У меня – исламистские взгляды, у Партии объединения (имеется в виду партия «Прогрессивное юнионистское объединение» – ИРП) – коммунистические, у партии «Вафд» – либеральные. Тем не менее, мы сказали, что не видим препятствий к взаимодействию между нами в некоторых областях. И свое обещание мы выполнили. В целом мы поддерживаем Фронт за реформы, выступающий за отмену закона о чрезвычайном положении, введение свобод, упразднение военных трибуналов и всего арсенала законов, ограничивающих свободы. Эта программа, о которой мы договорились с другими партиями, появилась не сегодня, а еще в 1989 году, при жизни покойного профессора Мустафы Машхура, бывшего верховного наставника Ассоциации.

– Однако на выборах вы выступали против лидера Партии объединения Халеда Мухиэддина и его кандидата от округа Кафр-Шукр в провинции Кальюбия?

 – С Халедом Мухиэддином – особая история. Мы хотели освободить для него округ, как мы освободили округ Дыя ад-Дина в Фар-Сукуре в провинции Думьят и округ Магди Ахмада в районе Эль-Муниль в Каире. Но потом до нас дошли сведения, что Халед Мухиэддин из-за ухудшившегося состояния здоровья не сможет заниматься парламентской деятельностью. Поэтому мы сказали брату Теймуру Абд аль-Гани, кандидату в его округе, чтобы он продолжал поддерживать Халеда Мухиэддина, пока мы не убедимся в достоверности полученных сведений. Убедившись, что Халед не сможет выполнять функции депутата, мы поручили брату Теймуру баллотироваться самому. К тому же против нас вели кампанию фронт Рифаата ас-Саида и журнала «Роз эль-Юсеф», причем самым отвратительным образом. Потом ко мне приходили многие люди, и я сказал им: все кончено.

– Некоторые видные представители коптов говорили: если «Братья» придут к власти в Египте, копты покинут страну. Видимо, успех Ассоциации, получившей столько мест в парламенте, напугал некоторых из них. Что вы можете им ответить? Какова ваша истинная позиция в отношении коптов?

– Вы имеете в виду Миляда Ханну? Если Миляд Ханна и говорил эти слова, то многие видные коптские деятели и священнослужители говорили другое. Среди тех, кто выступает против нас, больше мусульман, чем коптов. Мы не придаем этим выпадам значения, и я не отвечаю на них, потому что это чепуха. Почитайте, что говорят Манна Макрам Обейд, Мунир Фахри Абд ан-Нур, другие разумные и мудрые копты. Они говорят, что «Братья-мусульмане» – достойные люди, которые веруют в Аллаха, Его посланников и Его писания. «Братья» знают, что Коран говорит: «И пусть судят обладатели Евангелия по тому, что низвел в нем Аллах» (Коран, 5: 47). Это и есть программа «Братьев». Мы свято чтим свободу и вероучения – как свое, так и чужое. Мы верим в Писание Аллаха и Его посланников. Как мы можем кого-то обижать, как?!

– В начале выборов ходили разговоры о возможности вспышек в различных уголках страны межобщинной вражды. Есть ли основания для подобных страхов?

– Эти разговоры абсолютно беспочвенны. В Египте никогда не было межобщинной розни. Межобщинная рознь существует лишь в головах невежественных христиан и мусульман. Реальность говорит нам, что все жители Египта, будь они христиане или мусульмане, любят друг друга, сотрудничают друг с другом, трудятся бок о бок, составляют единый организм. Они живут вместе со мной, в доме напротив. Я покупаю фрукты у торговца-христианина в лавке, что стоит у меня перед домом. Ни для меня, ни для любого другого члена «Братства» нет разницы между мусульманином и христианином: они равны, и я не уважаю тех, кто хочет провести грань между мусульманином и христианином. Мы – египтяне. Говорить, что христиан в стране – столько-то, а мусульман – столько-то, может только невежда. Повторяю: такие разговоры могут вести только невежды. Все мы – египтяне и живем вместе.

– Однако некоторые говорят, что Ассоциация не сильно отличается от правящей Национальной партии, особенно в том, что касается экономических вопросов, то есть отношения к рыночной экономике…

– Не вижу причин, чтобы не соглашаться с Национальной партией в чем-то конкретном или чтобы она не соглашалась со мной в каких-то пунктах. Если та или иная концепция совпадает с интересами Египта и направлена на его возрождение, я согласен с ней, и неважно, какой партии она принадлежит. Я не во всем являюсь оппонентом Национальной партии. Ассоциация «Братьев-мусульман» отстаивает интересы Египта, и в этом она сотрудничает со всеми, кто их поддерживает, будь то Национальная партия или даже Коммунистическая партия. Я убежден, что честные умы из самых разных течений объединятся ради самого важного – интересов Отечества.

– Некоторые обвиняют вас в том, что вы, выдвинув общий лозунг «ислам – это решение», не разъяснили значения этого лозунга в виде конкретной политической, экономической и социальной программы.

– Те, кто так говорит, не читают нас. Если бы они читали, то все поняли бы и не стали бы нападать на нас. (Акеф показывает корреспонденту «Аш-Шарк аль-Авсат» две брошюры. Одна из них, написанная одним из руководителей «Братства» д-ром Махмудом Гузляном, разъясняет смысл лозунга «Ислам – это решение». В брошюре – 32 страницы малого формата: первые две занимает предисловие, за которым на 11 страницах следует разъяснение лозунга. Еще 16 страниц занимают различные вопросы по поводу смысла выражения «Ислам – это решение». Вторая брошюра представляет собой предвыборную программу Ассоциации. В ней 96 страниц. Две страницы занимает предисловие. В брошюре 12 глав, посвященных политической, экономической и судебной реформе, ситуации в научной сфере, безработице, жилищному вопросу и другим жизненным проблемам).

– Многие местные и иностранные наблюдатели и эксперты ставили и продолжают ставить один вопрос: действительно ли Ассоциация «Братьев-мусульман» верит в демократию, и будет ли она продолжать верить в свободы и демократию в случае прихода к власти или отвернется от них?

– Это попытка «инспекции» намерений людей. Я отвергаю любые сомнения в наших намерениях. Наши намерения известны и изложены публично. Мы требуем полной демократии и мирной сменяемости власти. Тот, кто в этом сомневается, не заслуживает нашего внимания.

– Некоторые говорят, что работа членов Ассоциации в парламенте предыдущего созыва сводилась к презентациям книг, кинофильмов и пр. Что вы можете сказать по этому поводу?

– Советую тем, кто так говорит, перечитать отчет Народного собрания о работе депутатов прежнего созыва. В нем говорится, что 35% деятельности Народного собрания приходилось на 15 членов «Братства». Поэтому мы не обращаем внимания на невежд и душевнобольных, повторяющих эти слова.

– Все участники политической жизни Египта хотят знать вашу позицию в деликатном вопросе о преобразовании в политическую партию.

– В этом вопросе нет ничего деликатного. Наоборот, наша позиция очень проста. Мы – общемусульманская организация, ее программа и цели призваны служить обществу: рядовому мусульманину, мусульманской семье, мусульманскому обществу. Ее деятельность охватывает все стороны жизни, потому что ислам – это религия жизни, ниспосланная для спасения человечества. У нас есть образовательные и воспитательные программы, программы в области экономики, культуры и даже спорта. Разумеется, у нас есть и политическая программа. Если политика предполагает наличие партии, пожалуйста – мы создадим партию, которая будет заниматься политической деятельностью. Но я не хочу создавать партию и получать на нее лицензию от Комиссии по партиям, который будет сомневаться в ее конституционности и законности. Я – за египетскую Конституцию, которая гласит, что каждый египтянин имеет право создать партию или ассоциацию, и следить за этим должно государство. Решение принимает юстиция, то есть это юстиция решает, противоречит ли моя программа Конституцию, закону и устоям общества или нет. Поэтому я не требую от Комиссии по партиям разрешения на создание партии.

– Означает ли это, что вы подадите ходатайство о создании партии после упразднения Комиссии по партиям?

– Незамедлительно. И могу заверить, что в этом случае у «Братьев-мусульман» появится партия, которая будет вести политическую и парламентскую деятельность, сотрудничать с другими партиями. А я буду заниматься деятельности в остальных областях, таких, как воспитание и образование, экономика, социальная сфера, спорт и т.д. Но когда же она у нас будет – партия с собственными помещениями, в которых расположатся клубы и другие учреждения?

– Значит, у вас имеется целостная концепция или своя интерпретация того, что касается норм организации политической жизни?

– Конечно. Наша концепция исходит из необходимости отмены закона о партиях, о чрезвычайном положении и о военных трибуналах. Все это требует кропотливой работы юристов и специалистов по конституционному праву. У нас в Ассоциации такие специалисты есть. Они готовы сесть за стол со своими коллегами и сотрудничать с ними в деле устранения этих преград, которые тянут нас не вперед, а назад.

– Некоторые предостерегают от повторения иранского варианта или турецкого опыта. Звучат также предостережения против повторения «сценария» таких стран, как Алжир или Судан. Как вы можете это прокомментировать?

– Эти люди – невежды. Они не читали программы Ассоциации, не жили в Египте. Если бы они в нем пожили, они обнаружили бы здесь совсем другое. Мы – не Иран и не Турция, мы – не Судан и не Алжир. И программы разные, и ситуация совсем иная.

– Существует Международная организация «Братьев-мусульман». Каковы отношения между египетской Ассоциацией и этой международной организацией?

– Как я уже сказал, «Братья-мусульмане» – это общемусульманское объединение, которое призывает к великой религии, ниспосланной Аллахом из милости к мирам. Мы присутствуем на мировой арене и призываем к Аллаху, следуя курсу «Братьев-мусульман». Все «Братья» на мировой арене действуют в соответствии с этим курсом.

– Это единый курс?

– Конечно, курс един, и они должны служить стране, в которой они живут, следуя этим курсом, в рамках конституции и законов, которые там действуют. Говорят, что «Братья-мусульмане» – международная организация. Да, у нас – самая большая в мире организация, и каждый человек в мире, кто верит в курс «Братьев-мусульман», – один из нас. Они считают любую мою встречу с человеком из-за границы преступлением. Отсталое законодательство арабских стран также считает это преступлением. Они говорят тебе: как одна партия может взаимодействовать с другой? Социалистические партии во всем мире встречаются, коммунистические партии встречаются. А что, у масонства нет всемирной организации? И разве «Ротари-клуб» – это не всемирная организация?

– Какова конкретно ваша позиция в отношении Израиля, особенно в свете того шума, который возник в последнее время по этому поводу?

– Наша позиция в отношении Израиля совершенно ясна. «Братья» не признают Израиля, но в то же время они знают их мощь и место в мире. Как мы можем заставить их оставить эту страну (Палестину) и уехать? Как? Их – 5 миллионов человек, имеющих корни в Америке. Нас – 70 миллионов в Египте, всего арабов – 300 миллионов, а мусульман во всем мире – полтора миллиарда. И все они не признают Израиля. Мы считаем, что Израиль – это скопление сионистов, которых Америка, Восток и Запад посадили здесь, чтобы избавить от их злодеяний собственные страны. Многие разумные люди среди иудеев говорят, что Израилю не будет жизни в этом регионе, и что они должны уехать. Я говорю то же самое. Я говорю «добро пожаловать» иудеям, живущим среди нас. Нет никакой проблемы в том, чтобы они жили с нами, как и всякий другой человек. Но если они захотят, чтобы у них было свое государство, которое правило бы нами и лишало людей их прав, то увольте: такую перспективу мы отвергаем самым решительным образом. Однако я никогда не буду сражаться с ними их же методами: я буду сражаться с ними своими способами. Так если 70 миллионов египтян достигнут высокого уровня экономического, культурного и технического развития, что сможет сделать Израиль? Ничего. А если 300 миллионов арабов и полтора миллиарда мусульман достигнут того же уровня, то ничего не смогут сделать ни Израиль, ни Америка. Поэтому они и заботятся о том, чтобы арабский мир оставался отсталым, а Израиль оставался «маяком». И когда мы будем бороться с Израилем таким способом – а борьба с Израилем, без сомнения, является главным делом мусульман, – встанет вопрос: как нам спланировать [борьбу], как сражаться с ними, зная, что они уничтожают сами себя: «ты думаешь, что они вместе, а сердца их врозь» (Коран, 59:14). Таким образом, проблема, которая волнует весь мир, волнует и меня, но я хочу решать ее тем способом, о котором я сказал. Будут ли израильтянин и палестинец сражаться между собой или признают друг друга – не мое дело. Я знаю, что эта священная земля принадлежит арабам и мусульманам, и никто не вправе ее у них отнять. Тот, кто хочет жить на ней мирно, пусть живет. Но если он живет здесь, чтобы унижать других и грабить их, то этого мы не примем ни при каких обстоятельствах.

– Какова ваша позиция в отношении к США? Часто говорят, что у вас есть каналы постоянной связи с Вашингтоном. Некоторые также усматривают в ваших политических выступлениях сигналы, направляемые американской администрации…

– С этим все абсолютно ясно. С американским народом у нас нет никаких разногласий, а многие западные ценности имеют у нас в исламе даже лучшие аналоги. Мы – сторонники всех истинных ценностей, таких, как демократия, труд и др. Мы сотрудничаем со всеми учреждениями и организациями без посредников. Но если американская администрация или любая европейская администрация выйдет на диалог с нами, то в этом случае для нас остается один путь, который пролегает через египетское министерство иностранных дел, и подобные контакты могут происходить только по линии МИДа.

– Значит ли это, что если американский или любой другой дипломат попросит вас о встрече, вы откажетесь?

– Встреча состоится через министерство иностранных дел. Такая просьба уже поступала, и я уведомил о ней министра иностранных дел. Один американский дипломат попытался прийти сюда вместе с американским послом, но я сказал им: «Приведите с собой министра иностранных дел». И тот, кто возражает против такого подхода, говорит мне об этом.

– Посещал ли вас кто-нибудь из дипломатов вот так, через министерство иностранных дел?

– Нет.

– Некоторые операции сопротивления в Ираке уносят жизни иракцев. Какова позиция «Братьев»?

– Меня это не касается, но я знаю, что благородное сопротивление, преследующее благородную цель, использует только благородные методы. И я знаю, что все прочее – дело рук оккупантов, наемников, людей без совести, тронувшихся умом. Мы не имеем к ним никакого отношения. Эти люди воюют не с оккупантами: они воюют против жителей страны.

– Анализируя американскую роль в регионе, действия Вашингтона в Афганистане и Ираке, его напряженные отношения с Сирией, некоторые эксперты и комментаторы говорят, что свое слово должен сказать Египет. Что вы на это скажете?

– Все возможно, и они это делают. Американцы стремятся унизить Египет и устроить в нем смуту. Я заметил, что когда в Египет из США приезжал комитет по религиозным свободам, он занимался не изучением положения со свободами, а разжиганием смуты: например, они провели у себя съезд коптов-эмигрантов. Комитет не ставил своей задачей изучение проблем коптов: его главной целью было унизить египетский режим, сотрясти его основы, чтобы поставить его на колени. Чтобы, когда они что-нибудь от него потребуют, он сказал им: будет сделано! «Братья» к таким неприкрытым демаршам нечувствительны.

Хамди САЛИМ

Перевод Института религии и политики

Источник «Аш-Шарк аль-Авсат», 11.12.2005

 


get('twitter')) == 1) { ?>